Будни имперской разведки - Страница 30

- Сама не понимаю, господин Огрунхай, - вздыхала она. - Какое-то непривычное колдовство. А может, и не колдовство вовсе. И, вроде бы не на нас даже направленное.

- Может, следят за нами магически? - высказал свое предположение гоблин.

- Нет, я бы это сразу определила. Мы, ведьмы, не так сильны, как маги, но зато гораздо чувствительнее. Им нужен специальный ритуал, а мы чужое внимание и так чувствуем. Даже немагическое. Так вот, за нами, с тех пор, как мы покинули город, никто не следит. Даже не знаю, хорошо ли это, ведь нужно-то, чтобы следили. Так что это что-то другое, но вот что - сама не пойму. Может, это действительно с нами никак не связано?

- Подождите, леди, - я ухватился за оговорку. - А в городе что, следили?

- Ну да, уверенно кивнула девушка. - Но это, наверное, наши...

- Что-то я не очень понимаю, зачем бы нашим магам за нами следить, - протянул шеф. - Они и так все наши шаги чуть не поминутно знают.

- Получается, он осталс в горде? Не клюнл? - от волнения Ханыга вновь сбился на свой гоблнский акцент. - Возвращатьс ндо!

- Спокойно, зеленый! - Шеф даже придержал за плечо, засуетившегося гоблина. - Вернемся, и чего станем делать? Бегать по столице, и спрашивать, кто за нами следит? Тогда уж точно вся маскировка зря. Нечего паниковать. Идем как шли, может, еще купится.

Рассуждение было здравое, и мы улеглись спать вокруг костра. Спалось всем неспокойно - я, например, просыпался каждый раз, как сменялись часовые, и с тревогой вглядывался в возвращавшихся своим модифицированным зрением - не подменили ли кого-нибудь из них покойником. И вообще, честно говоря, больше доверял крысодлаку, который весь день проспал, сидя у меня за пазухой, а с наступлением ночи отправился поохотиться, очень недовольный своими обновками. Если для драки с серьезным противником вся эта сбруя хороша, то в охоте она только мешает. Но, когда я предложил временно ее снять, зверь только возмущенно чихнул - правильно, кто знает, когда придется драться?

Утром, несмотря на свои ночные тревоги, я чувствовал себя достаточно отдохнувшим, и с готовностью продолжил наслаждаться поездкой. Леди Игульфрид тоже успокоилась - то ли больше не чувствовала постороннего чародейства, то ли просто решила не обращать внимания. На дневном привале она даже подозвала какими-то своими чарами пробегавшую мимо белку, и стала ее кормить. Правда, заметив, с каким интересом выглядывает у меня из-под куртки крыс, белку она прогнала, потом подошла ко мне, и стала стыдить "бессовестного разбойника". Разбойник пристыженным не выглядел. Внимательно выслушав обвинительную речь, он широко зевнул прямо в лицо барышне, и отправился досыпать. После этого досталось еще и мне - за то, что позволяю этому наглецу делать все, что ему вздумается, и вообще - не воспитываю младшего товарища. Орк с гоблином веселились от души, остальные присутствующие внимали со священным ужасом, а потом, уже в дороге, лейтенант отозвал девушку в сторонку, и долго с ней о чем-то беседовал. Вечером леди шепотом, сдерживая смех, пересказала нам этот разговор.

- Вы "очень, очень достойный разумный, который оказывает всей империи очень, очень большие услуги, и поэтому, следует относиться к вам как можно более почтительно", представляете, Сарх?

К полудню следующего дня лес поредел, а потом и совсем закончился, и мы вышли в степь. Погода испортилась. Небо подернулось неприятной дымкой - не тучами, а прозрачной пеленой, от которой солнце покраснело. Но стало не холоднее, а наоборот, жарче. Ветер сменил направление - теперь он дул не с востока, от моря, а с юга, вдоль степи. В степи, в отличие от леса, весна еще не началась. Редко где просматривается свежая травка, но в основном - сухой, бурый ковыль, который неприятно крошится под копытами лошадей. Неприглядность и однообразие пейзажа быстро утомили, все с нетерпением ждали дневного привала.

Но на привал остановиться в этот день так и не пришлось. Первым неприятности почувствовал, как всегда крысодлак. Я, правда, не сразу понял, что он и в самом деле волнуется. Дело в том, что я не выдержал, и решил снять куртку: яркое солнце и жара - не тот климат, при котором в черной кожаной куртке может быть комфортно. И естественно, зверю не понравилось, что его лишают такого удобного места для сна. Он недовольно спрыгнул на землю, потоптался немного, потом насторожился, развернулся в сторону, откуда неслись порывы ветра, насторожил уши и стал принюхиваться. А потом подскочил, взобрался на мою лошадь, и изо всех сил вцепился зубами ей в круп. Я такого, естественно не ожидал (как и лошадь), и потому мне с трудом удалось удержаться в седле. И даже лошадь я через некоторое время успокоил.

- Да что с тобой такое, паршивец? - возмутился я. - Ну хочешь, я обратно эту куртку надену!

- Подождите, Сарх. - подъехала ко мне наша ведьма. - Что-то здесь не так.

Она взяла зверя на руки, и пристально вгляделась ему в глаза. Остальные тоже сгрудились вокруг нас, с интересом поглядывая на девушку.

Леди Игульфрид недолго заставила нас ждать - она зябко передернула плечами, и отпустила крысодлака.

- Дымом пахнет, - пожала плечами она на наши вопросительные взгляды. - Пожар где-то, вот он и волнуется.

- Пожар? - испуганно переспросил шеф. - Это плохо, это очень плохо. Нужно возвращаться.

- Что вы такое говорите, господин Огрунхай? - возмутился командир сопровождения. - Мы даже запаха не чувствуем, пожар очень далеко! Он до нас и не дойдет.

- Лейтенант, ты что, тупой? Ветер в нашу сторону! Трава сухая! Пока ветер не поменяется, огонь будет идти в нашу сторону. И дойдет, уж поверь. Бежать надо, только куда?